К северу от 38-й параллели: Как живут в КНДР

По молодости своей я не понимал тогда одну простую истину: даже в самых репрессивных режимах подавляющее большинство людей все равно стараются жить нормальной жизнью — и в целом это у них обычно получается. В этой нормальной жизни есть работа и отдых, любовь и дружба, и в ней остается не так много места для политики.

Если дело дойдет до серьезного кризиса, северокорейская элита, будучи загнанной в угол, не откажется от власти мирно, а будет, скорее всего, сопротивляться до последнего. Результатом может стать ситуация, весьма напоминающая ту, к которой привели революции под демократическими лозунгами в Ливии и Сирии, — с той немаловажной разницей, что в Северной Корее имеется и ядерное оружие, и другие виды оружия массового поражения, и, наконец, большое количество самых разнообразных обычных вооружений. Понятно, что ни у кого не вызывает восторга мысль, что страна, в которой имеется несколько десятков ядерных боеголовок и некоторые средства их доставки, может оказаться в состоянии гражданской войны и что на ее территории будут — по сирийскому или суданскому образцу — сражаться между собой самые разнообразные вооруженные группировки.

даже в самых репрессивных режимах подавляющее большинство людей все равно стараются жить нормальной жизнью – и в целом это у них обычно получается. В этой нормальной жизни есть работа и отдых, любовь и дружба, и в ней остается не так много места для политики.

Таким образом, средний рост жителей Севера по сравнению с колониальными временами уменьшился на 3–4 см (точнее сказать сложно из-за упомянутой путаницы с территориальной разбивкой), а рост жителей Юга, напротив, с 1945 года увеличился примерно на 3 см. Разница в среднем росте сейчас составляет 5–6 см в пользу Юга, в то время как перед разделом страны она составляла примерно 2–3 см в пользу Севера

Однако эти престижные предметы потребления не принадлежали номенклатурным обитателям квартир. Практически все в их жилищах было государственной собственностью, и потеря должности всегда означала потерю и имущества, и привилегий

По большому счету тот образ жизни, который вела семья Пак и еще несколько тысяч семей столь же высокого ранга, очень похож на быт десятков и сотен миллионов людей из числа среднего класса развитых стран. Конечно, если сравнивать положение северокорейской номенклатуры с жизнью простых граждан, то не будет сомнений, что между ними существовал огромный разрыв, который, в принципе, невозможно точно измерить, используя привычные для экономистов денежные показатели, ведь упомянутые выше спецнаборы и прочие спецуслуги всегда предоставлялись чиновничеству либо по чисто символическим ценам, либо вовсе бесплатно.

Современная российская политическая и бизнес-элита отдалилась от простого народа куда сильнее, чем чиновничья верхушка во времена СССР. Разрыв в реальных доходах и уровне жизни между секретарем обкома и слесарем в брежневские и, тем более, сталинские времена был велик, но все-таки он был куда меньше, чем разрыв между тем же слесарем и, скажем, Романом Абрамовичем.

Начнем с системы снабжения. Система эта в 1980-е годы состояла из четырех уровней. На высшей ступеньке находились лица, которым полагалось «ежедневное спецснабжение». В эту немногочисленную категорию входили люди рангом не ниже заместителя министра или заместителя заведующего отделом ЦК ТПК, а также приравненные к ним фигуры — примерно 1000 семей. Ступенькой ниже располагались те, кому было положено «ежедвухдневное спецснабжение» (например, завсекторами ЦК), еще ниже — те, кому полагалось «еженедельное спецснабжение». Наконец, еще ниже, на четвертом уровне, находилось чиновничество среднего звена, которое снабжалось из «спецраспределителей №65».

снабжение населения базовыми продуктами питания по карточкам для северокорейцев является нормальным, а отсутствие карточек — признаком чрезвычайной ситуации

Эти собрания заставляют всех постоянно быть настороже, следить за своими словами и поступками и, с точки зрения властей, способствуют укреплению социальной дисциплины. С другой стороны, они подрывают взаимное доверие, предоставляя их участникам удобную возможность ударить коллегу ножом в спину, о которой в мире «нормальных» интриг в трудовом коллективе не приходится и мечтать.