Жизнь – сапожок непарный. Книга вторая. На фоне звезд и страха

Впервые я читала воспоминания о чёрном времени именно Женщины.

Работая в лазарете под её началом, никогда не успевала угадать её непредсказуемых действий. У неё было не одно, не три, а четыре дна.

Она выбиралась из безысходности, вновь и вновь возрождалась, подтверждая нехитрую истину: иметь опору надо всегда только в себе самом. Над созданием этой опоры мы неустанно трудились всю жизнь. Её изничтожали. Мы пытались отстроить её заново.

Усевшись на широкий подоконник, мы пытались понять: во что ещё можно верить, кроме себя?

Войдя на неё «человеком в футляре», я вышла заряжённая любопытством к земной жизни, к земному шару и ко всему роду человеческому.

пока сердце любит и перешагивает через неточные слова,

Москва перед нами качается,
Мы бродим одни, марсиане.

деформировавших не только «стиль», но и химический состав души!

Как вы могли допустить тридцатые годы? Как разрешили поработить себя такому страху? Почему не прибегали к вооружённым восстаниям? – с возмущением спрашивали меня. Счёт предъявляли не государству, а самим репрессированным!
Не было сопротивления, считало молодое поколение? Было!

Добывание себя из себя в качестве акта личной воли – единственная продуктивная форма участия человека в собственной судьбе»