Нацумэ Сосэки

Уж так заведено, что чаще всего развратников ругают именно те люди, у которых нет никаких данных, чтобы самим стать развратниками.

и я никак не возьму в толк: не то он сардонически смеется над этим миром, не то хочет целиком раствориться в нем, не то впал в раздражение при виде разных нелепостей, не то вообще отрешился от всего мирского.

терпеливо выслушал по порядку все три рассказа, но, не найдя в них ничего забавного или поучительного, решил, что люди только и умеют что разговаривать друг с другом, когда им вовсе не хочется этого, да смеяться над тем, что совершенно несмешно, или радоваться тому, что печально. И все это только для того, чтобы как-то убить время.

Он часто клал руку под левый сосок и думал, что будет, если по этому месту ударить молотком.

­скэ был совершенно здоров, но этот неоспоримый факт порой воспринимал как случайность, почти как чудо.

Он ни капельки не огорчался, когда его называли щёголем, ибо старые понятия были давно ему чужды.

Нервы Дайскэ — это налог, который он платит за особое уменье изощрённо мыслить, за повышенную восприимчивость. Нервы — источник его мучений, оборотная сторона медали утончённого воспитания. Они — нравственная кара Дайскэ за прирождённый аристократизм. Дайскэ смирился с этими мученьями, безропотно принял кару и потому смог стать таким, как он есть. Именно в таких жертвах он видел смысл жизни.

во время пасхи ходил в церковь св. Николая смотреть службу.

, у тебя в саду сакура! Только начала цвести. Да, здесь совсем другой климат

Житейскому опыту он предпочитал опыт той пасхальной ночи